Блогер, журналистка, автор книги «Маленькое волшебное путешествие» и проектов «Знайдено в Україні», «Великий готельний перепис» и «12 вартових». Все это о Лале Тарапакиной.

Поговорили о ее проектах и местах силы, идеальных отелях и о том, что меняется к лучшему в украинской индустрии гостеприимства.

— Лала, популяризировать путешествия по Украине и рассказывать о неизведанных местах, о которых мало кто знает, — не самое благодарное дело. Были страхи в начале пути? Расскажите о сомнениях и о том, как вы от них избавились.

— Не избавилась до сих пор. Но это не страх в полном смысле слова. Когда ты начинаешь работать в индустрии гостеприимства, то ходишь по минному полю в своих оценках.

Что касается поиска малоизведанного, это, скорее, благодарное дело, судя по фидбэку людей, которые поехали по нашим советам. Для меня это возможность развивать туризм не только на раскрученных направлениях, но и глубже. Это мотивирует нас всех улучшаться равномерно — не только во Львове, но и в Поморянах, например.

— Как вы пришли именно к такой форме подачи проекта «Знайдено в Україні»?

— Это не самая удачная подача, если честно. Гораздо удачнее, например, делать видео, но у меня с этим большая проблема: не люблю себя в кадре. Могу, но не люблю. Поэтому мы выбрали формат проектов, где будет все понятно, четко и ровно. И каждый найдет что-то для себя.


Для меня это возможность развивать туризм не только на раскрученных направлениях, но и глубже.


— Вы писали, что изучать свою страну намного труднее, чем просто путешествовать? Что для вас было самым сложным в исследовании своей страны?

— Сложно было привыкнуть к определенным бытовым ограничениям. Ночевать не всегда с постелью, не каждый вечер попадать в душ, а иногда — в ручей. Носить резиновые сапоги вместо туфель, иногда кормить свою команду просто салом и хлебом. Но с течением времени мы стали более организованными и смогли предвидеть это. Раньше просто ехали, сворачивали, искали. Нас заставала ночь и новые трудности. Хорошее было время.

— В скольких отелях вы побывали в рамках проекта «Знайдено в Україні»? И сколько планируете посетить в рамках проекта «Великий готельний перепис»?

— Побывали более, чем в 200, если считать еще маленькие частные усадьбы и кемпинги. Планируем посетить больше 300 отелей, но время покажет, как будет на самом деле. [Улыбается].

— На ваш взгляд, меняется ли в качественном смысле индустрия гостеприимства в нашей стране? Если да, то благодаря чему это происходит и в чем проявляются изменения?

— Очень меняется! Появляется больше профессиональных школ для отельеров и профессионалов индустрии гостеприимства, больше возможностей учиться и перенимать опыт. Да и гости в целом стали образованнее и уже понимают, какого качества услугу могут требовать. И требуют. Но лучше работает, когда благодарят за сделанный в их сторону шаг.

Недавно довелось побывать в трех отелях, где была два года назад. В одном полностью заменили матрасы на ортопедические, в другом поставили красивую мебель на террасе, в третьем — добавили детское меню и построили детскую площадку. Это поверхностный пример. И еще не все гладко. Но тенденция повышения качества своих услуг (а отель — это уже давно не продажа койко-места) есть, и она видна в каждой мелочи, а особенно — в крупном. Посмотрите на организацию Киевом Лиги чемпионов, например. И это тоже индустрия гостеприимства.

— Несколько лет назад вы делились мнением о том, что в Украине сервис в гостинично-ресторанном бизнесе удивительно сочетает в себе заботу, вышколенность, ненавязчивость и качество. Скажите, по прошествии времени и посетив не одну сотню заведений, как вы охарактеризуете уровень украинского сервиса?

— Забота и «домашность» присуща украинскому сервису. Особенно западным регионам. Но среднюю температуру по больнице я бы ставить не стала. Есть отдельные географические специалитеты: например, особенное радушие закарпатцев или стремление тебя перекормить у львовян. Но отельеры начинают работать уже не только по наитию, а выстраивая стратегические бизнес-модели, поэтому ошибок все меньше. Я чувствую сервис. Еще три-четыре года назад его не было, кроме крупных городов. Все происходит быстро, нам нужно адаптироваться к этой скорости.

— Вы много пишете о месте силы. Что вы вкладываете в это понятие? Где ваше место силы?

Мое место силы — там, где я могу побыть одна и вернуть себя в нормальное состояние. Очень помогают горы, поэтому я еду именно туда. Чаще всего в Верховину. Летом мне нужен водоем, поэтому заезжаю в Херсонскую область, на Джарылгач, где мое любимое место силы — море. Любимого цвета и только для меня одной.

— Наверняка, у вас есть свой рецепт от профессионального выгорания. Поделитесь с нами.

— Нет рецепта. Я бы хотела его знать, но нет. Каждый раз, для каждой формы выгорания у меня есть свой рецепт. Устала — сплю, огорчена — ныряю в прорубь, никого не хочу видеть — уезжаю одна в какой-нибудь отель под Киевом.

— Одна из ведущих тревел-программы как-то призналась в интервью, что многие путешествия для нее сливаются в один поток пляжей, замков, набережных, гостиниц, морей, музеев. Расскажите какие у вас существуют секреты идентификации.

Я просто помню. Каждое место, каждого человека. Из десятков тысяч наших фото могу сходу узнать, где и когда был сделан кадр, кто стоял рядом с фотографом и какая была погода. Это просто особенность памяти. И огромная любовь. Когда ты делаешь дело своей мечты, нет проблем что-то вспомнить. [Улыбается.]

— В Украине принято роптать на дороги. В процессе экспедиций и путешествий, какие еще общие для всех регионов проблемы вы обнаруживали?

— Я уже не ропщу на дороги после Тячевского района Закарпатья. А если серьезно, дороги — тоже меняются. Потихоньку, медленнее, чем хотелось бы, но меняются. По всей стране. Надеюсь, доживем до того момента, когда даже второстепенные дороги доделают.


Основная моя боль — это разрушающиеся украинские замки по всей стране. 


Многим из них осталось не более 50 лет до момента полного разрушения. Проблема в том, что, помимо всех преград со стороны государственных институтов (а их, кстати, можно преодолеть!), это действительно слишком глобальные деньги. Мы занимаемся этой проблемой, но, к сожалению, пока не в масштабе вселенной, а по шажку. Консервируем замки к зиме, вывозим мусор и начинаем проект «12 вартових» про 12 замков, чтобы привлечь к ним внимание всего мира.

— Наверняка, регионы объединяют не только проблемы. Какие общие особенности украинских областей вы открыли для себя?

— Да, конечно, не только! Я их вообще замечаю в последнюю очередь, да и то по работе.  

Одна общая особенность — это уникальная самоотверженность людей, которые живут в нашей с вами стране. Это орден храбрых сердец какой-то! Единственное, чего хочется нам пожелать: чтобы мы умели сплотиться не только вокруг беды, но и вокруг радости. Нам пока проще вокруг беды. Надеюсь, это изменится

— Если бы вы создавали идеальный отель, каким бы он был?

— Идеальный отель — отель в лесу, на берегу любого водоема. Там максимальная шумоизоляция, большой балкон с видом на лес, охлажденное белое в холодильнике и молчаливый персонал, который не задает слишком много уточняющих вопросов. Там огромная библиотека, где можно сидеть в кресле под торшером и читать все книги мира. В номере — фильмотека, где фильмы для тебя заранее подобрали с учетом твоих особенностей и предпочтений. Дополнительные сервисы очень просты: хороший спа с собственными программами, отражающими специалитеты местности, и тренажерный зал с современным оборудованием для каждого. Такой специальный отель, где ты можешь завершить все незавершенное, перечитать гору книг и побыть в тишине. Отель для бегства.

— Какие регионы вы бы назвали самыми гостеприимными? Почему?

— Тернопольская область и Закарпатье. Для меня. Здесь не может быть объективного ответа, но на Тернопольщине, равно как и в Закарпатье, мне всегда очень комфортно, как дома.

— Лала, мы подняли архивы и узнали, что когда-то вы отдыхали на одном из объектов сети Ribas Hotels Group — базе отдыха «Дача» в Затоке. Тогда вы писали, что там действительно, как на даче: спокойно, свежо, уютно. Сервис уровня «родной дом», как вы отмечали, присущ многим украинским гостиницам. В то же время не только в больших отелях или сетях, но и в маленьких периферийных гостиницах постепенно внедряются общепринятые стандарты гостеприимства. Как вы считаете, не «скрадет» ли это самобытность и колорит объектов в регионах?

— Нет. Все равно всегда останутся аутентичные маленькие отели, где максимально проявлен регион. Но когда путешествуешь по Карпатам, например, то в номер возвращаешься довольно поздно, и за день у тебя было такое количество самобытности, что очень здорово очистить корзину впечатлений идеальной нейтралией.